Tabula rasa. Глава первая. «Её имя – мечта. Её имя – глупость».

Мою историю не сожмешь во что-то простое, чтобы люди немедленно поняли бы. Нет, на первый взгляд все чересчур банально, но именно это все и усложняет.
Мне было уютно в привычной с малолетства обстановке, но теперь я будто совсем на незнакомой планете. Теперь мне, конечно же, придется вникать в этот чуждый мир, раз уж в нем я очутилась. Привыкать к месту, где взаправду существует колдовство и прочая сверхъестественная чертовщина. Но ведь я никогда об этом не мечтала и уж тем более не просила…

- Это – от головной боли, эта обладает тонизирующим эффектом, - наполнив до отказа сумку разными травами и выполнив поручение своей матушки, я уже возвращалась домой, когда надо мной нависла огромная туча. – Плохо дело. Надо ускорять темп, а то так и промокнуть можно.
Дело в том, что я не переношу дождь. Почему? Кто знает. Просто у меня такой характер. Мне часто говорили, что в прошлой жизни я была кошкой, и обязательно добавляли: «Скверной кошкой». В такие моменты хочется сказать им тоже какую-нибудь гадость, но это было бы не очень хорошо, даже если с моей стороны.

- Смотрите, эта та чудачка!
- Ведьма-ведьма!

Настроение ни к черту, а тут еще и эти малявки со своими поднадоевшими стереотипами. Хотя стоит признаться, что я не шибко старше их.

- По-вашему, чудачка может быть только ведьмой?
- А кем же еще?- спросили они хором.
- Чудак – это чудак, а ведьма – это ведьма. Чудаков пруд пруди, а ведьм и вовсе не существует. И где между этими понятиями связь? Да если бы я была ею, то давно бы превратила всех детишек вашего, кстати, наиотвратнейшего возраста в мух, дабы прихлопнуть вас на месте. Никто даже не посмотрел бы косо в мою сторону, а, наоборот, гордо прозвали бы меня «Повелительницей мух».

Они просто тупо глядели на меня, видно не зная, как отнестись к моему признанию. Долго задерживаться я не могла.

- Идите уже домой. Скоро будет дождь, и не говорите потом, что я вас не предупреждала.

На самом деле меня здесь по-своему, но любили. Ну, а подобные прозвища – это моя собственная «кропотливая» работа над имиджем. Жаль, конечно, неоплачиваемая.
Да и люди здесь хорошие, можно сказать, чуткие, душевные и недалекие, но не из-за того, что им не хватает серого вещества, а просто потому что неграмотные. Сведущий человек ли я сама или нет – не мне решать и не моя забота. Я довольна своим положением в обществе: никому ничего не должна.

В любой ситуации мама никогда не утрачивала своей непринужденной веселости. Именно это качество, характерное только ей, меня всегда и восхищало. Но сегодня она была непривычно тихой.

- Что-то случилось?- я переступила порог.

Села напротив и, может, целую минуту, молча наблюдала за странными изменениями в моей, казалось бы, предсказуемой матери. Её тёмные волосы, переброшенные через одно плечо, струились блестящими локонами. Прежде я ни разу не видела, чтобы она не закалывала их. А по выражению её лица можно было догадаться: будет нагоняй.

- Доченька, тебе нравится твоя жизнь?- пристально, глаза в глаза смотрела на меня.
- О чем ты? Конечно, ведь у меня есть ты, мам, - мое лицо само по себе смягчилось. Подошла к ней, коснулась руками плеч, поправив потертую кружевную шаль.
- Нет, Сакура, я не об этом. Ты похожа на своего отца, а это значит, что обычная человеческая жизнь не по тебе.
Нехорошее предчувствие кольнуло в моем сердце. Встряхнула головой, отгоняя от себя ненужные мысли.
- Он был одержимым человеком, - пробормотала я.
- Не говори так о своем отце. Раньше и ты была такой же! Стоило тебе взяться за новую книжку, привезенную им, забывала обо всем на этом свете…
- Я была ребенком. И вообще, с чего это вспомнила былое?
- Беспокоиться о своей собственной дочери – это плохо?- холодно спросила. – Ты совсем перестала мечтать…
- Зачем мечтать? Мам, думаешь, желания падают на твою головку, словно манна небесная? Каждый получает ровно то, что заслужил, поэтому нужно уметь расставлять приоритеты. В данный момент я мечтаю о хлебе насущном.
- Но ведь…
- Прекрати! Отец уже дофантазировался! И где он сейчас? Где ты прикажешь его искать? Исчез. Я даже не знаю, жив он или нет…- у меня задрожали губы. Я знала, что выглядела потерянной. Поморщилась. Разговаривать больше не хотелось.
Порывисто поднявшись, обняла меня, примирительно сказав:
- Не хмурься, - провела рукою по моему лбу, разглаживая его. Тихо сказала: - Люблю тебя…
В изумление уставилась на неё. Она редко выражала так прямолинейно свои чувства, отмахиваясь словами: «Зачем мне повторять одно и то же? Тем более, если это очевидно».
- Мне что, уже нельзя сообщить своей единственной дочурке, что я люблю её?- наградила меня своим фирменным негодующим взглядом.
- Можно.
- Я люблю тебя. Помни об этом.

Так, бывало, каждый раз перед моим уходом она целовала меня. Но тогда этого не произошло, да я не придала этому должного внимания.

- Говорят, что анемоны снимают усталость с глаз, - любопытствовал незнакомый молодой человек (это несмотря на то, что ему сильно за тридцать) в странном и до жути вычурном костюме, вертя трость.
- Говорят, что земля круглая, - неохотно отозвалась я. В нос ударил терпкий запах духов, напоминающий апельсин. Это был определенно аромат флердоранжа.
- А она и круглая, - сказал он и усмехнулся, с жалостью глядя на меня.
- Ну-ну, если вам что-то нужно, то давайте поконкретней, а то ходят тут, а в итоге ничего не покупают.
- Миледи, вам бы сделать лицо попроще, а то оно у вас не по годам уж больно нахальное. Я тут к вам со всей душей, а вы…
- Слушайте…
Если потеряешь терпение – потеряешь клиента. Тем более, похоже, что он далеко не беден.
- Простите, знаете, работа нервная. Итак, что вам нужно? Вы чем-то болеете?
- А что я похож на больного?
- Эм, у вас как бы маска на лице, - резонно заметила на лице.
- О, это! – он был действительно удивлен. – Всегда об этом забываю. Кстати, вам интересно, что под ней?
- Тушканчик?
- Какой еще тушканчик?
- Ну, такой маленький. Его еще земляным зайцем называют, а ведь он ни капельки на него не похож.
- Я знаю, кто такие эти тушканчики, но причем они здесь?
- Вы ведь сами спросили, а не интересно ли мне узнать, что у вас под маской. Так вот мне было бы любопытно, если бы он у вас там имелся.
- Что за бред?
- Вся ситуация сама по себе абсурдна, начиная с того, что вы совершенно незнакомый человек предлагаете мне весьма странную вещь и пусть, на первый взгляд, безобидную, но кто знает, как мне это потом аукнется.
- Мисс, вы - точно дочь Никко!- неожиданно засмеялся, даже похлопал в ладоши.
Его смех прервался моим скептическим возгласом:
- Откуда вам знать моего отца?
- Может, поговорим в более укромном месте?
- Нет, тут,- яростно возразила я.
- Не хотите покидать людное место, да? Чего вы боитесь?
- У меня много для этого причин. Говорите, сейчас же.
- Ладно, в принципе мне все равно. Просто я беспокоился о вас,- с нажимом произнес мужчина.- Вы верите в магию?
Я чуть не закатила глаза, а он тем временем продолжал:
- Судя по вашей реакции, миледи, не верите. У людей всегда так, если что-то не укладывается в их скудный мир, то побоку. А демоны, ведьмы, колдуны, вампиры – не просто плод вашей фантазии. Догадывались ли вы, что сами не являетесь человеком? Можете продолжать молчать, но вы не можете отрицать своей сущности.
Не вытерпев, я все же спросила:
- И каким образом это связано с моим отцом?
- Он был небесталанный магом своего времени.
- Был?- мне сделалось очень грустно.
- Да, так как он женился на обычной женщине, - несмотря не столь подходяще подобранное слово по отношению к моей матери, сумела заметить, что он не хотел меня задеть этими словами.
Поверила ли я или нет в эти россказни – неважно. Мне нужно было лишь узнать местоположение моего блудного родственника. Коварное чувство надежды незаметно подкралось и вынырнуло наружу.
- Ведь жив же? Вы знаете, где он? – совсем по-детски я схватилась за этого чужеземца.
- Ответ знаешь только ты,- мягко, плавно изменил манеру общения со мной. Теперь он говорил с маленькой девочкой.
- Что это значит?
- Пойдем со мной, и ты сама ответишь на все свои вопросы, Сакура, - ни капельки не удивило то, что он знал мое имя.
После этих слов мягко обнял меня и нагнулся, поцеловав мой лоб. Мне было под силу оттолкнуть его, но я предательски вздрогнула, ощутив прикосновение теплых губ, скрытых под тонкой материей. Краешком глаза заметила какое-то движение рукой, смысл которого ускользнул от меня.

Прежде я не могла похвастаться особой наивностью, но в тот раз голос разума был не так вразумителен, как нелепые доводы моего сердца.